Не обманули. Правда, это был весений завоз. В Булыге мы были аккурат на 1 мая. Вода в реке прибывала буквально на глазах. Пока несколько человек из экипажа ездили в Ныроб за спичками, вода поднялась настолько, что к судну им пришлось переходить по разлившейся воде.Сообщение от Селебрайна
В конце концов все будет хорошо. А если что-то не хорошо, значит это еще не конец.
Попасть туристом в Ныроб сложновато, но можно. Изредка турагенства Перми предлагают автобусные экскурсионные туры в Ныроб, сочетая с чем-либо(Чердынь, Соликамск например). Самому - весьма проблемно, если не ошибаюсь, один рейс в день делает до Ныроба автобус из Соликамска.
Зон чуть поменьше, но все же еще весьма и весьма предостаточно, +колонии поселения.
Ну а что мы хотим? М. Н. Романов не своей же волей в Ныробе оказался, так же как и граф Левенвольде в Соликамске! Места у нас такие: и промышленные, и красивые, и медвежьи, и глухие, и исправительные. Традиция
Дорога в данном случае не самая большая проблема. Нет ничего проще взять в прокат авто (как я это делал в случае с Осой и Елово) и спокойно проехать куда нужно. Но вот именно обилие "химии" (колонии-поселения) напрягает очень сильно. В основном беспокойство не за себя, а за прокатный автомобиль. Ну и конечно же, примитивные удобства путешественника. Очень не хочется останавливаться на ночлег в "доме колхозника" с удобствами во дворе.
В конце концов все будет хорошо. А если что-то не хорошо, значит это еще не конец.
Шикарный отзыв. На 2018 году хочу пройти Москва - Березняки - Москва
Теплоход (если бы был такой маршрут) - только Маяковский
Увы и ах, в Березняках нет того, что на фото выше, и "Маяковский" туда не пойдет, хоть убейте. И дорога до Соликамска будет немного не та. Почему? Просто город - Березники. Буква "И" на "Я" не заменяется ни при письме, ни в устной речи. Вот такой город, с подковырочкой. А Березняки - это совсем другой населенный пункт.
Знаем такой
Деревня в Саратовской области, почти напротив Маркса, на другой стороне Волги. Березняковский мыс - южный предел моих любимых Змеёвых гор
И да, до Соликамска оттуда далековато будет...
Водоплавающая эльфийка из рода Нолдоров
В чём и подписуюсь
Прошли его ночью.Знаем такой
Деревня в Саратовской области, почти напротив Маркса, на другой стороне Волги.
Всем пока. Увидимся на реке!
С Уважением! Максим.
Глава 9
Солонка на воеводском столе
(Соликамск)
В соседнем доме окна жолты.
По вечерам - по вечерам
Скрипят задумчивые болты,
Подходят люди к воротам.
…
Они войдут и разбредутся,
Навалят на спины кули.
И в желтых окнах засмеются,
Что этих нищих провели.
(Александр Блок
«Фабрика»)
Утром 9 июля было выложено расписание экскурсии по группам – достаточно хорошо продуманное и впоследствии в целом соблюдавшееся.
В Соликамск и Чердынь отправлялось четыре группы, мы оказались во второй. Две первые ехали сначала в Соликамск, а затем в Чердынь, третья и четвёртая – сначала в Чердынь, потом в Соликамск. В каждом из городов группы разводили по разным объектам (например, одну – на Троицкое городище, вторую – в музей веры), что было очень удобно, поскольку не возникало ни толчеи, ни путаницы с пристраиванием в чужую группу (разве что при посадке в Березниках кое-кто ошибся с автобусами).
Подобная десятичасовая экскурсия не каждому туристу по силам: примерно половину времени занимают длительные автобусные переезды, а познавательная программа очень насыщенная, со множеством объектов и достаточно быстрыми перемещениями между ними. Я согласна с Таней в оценке такой экскурсии как экспедиционной. Тем не менее, в нашем автобусе народ оказался интересующийся, активный – и здраво рассчитавший свои силы. Были и дети, и пенсионеры, и даже прогулявшие всю ночь питухи (как я уже писала в одной из предыдущих глав) – но все держались молодцом, никто не стонал и не требовал сокращения программы для ВСЕЙ группы, «потому что это никому неинтересно» (на самом деле неинтересно лишь нытику), «я пожилой (вариант: больной) человек, мне тяжело так быстро и далеко ходить», «как вы не понимаете, это же мой ребёнок, он же устал». Думаю, что перечисленные варианты стенаний хорошо знакомы каждому путешествующему в составе экскурсионной группы человеку.
Есть две вещи, которые меня раздражают в экскурсоводах и на экскурсиях – трёп и интерактив.
В ходе описываемой экскурсии в автобусе были отдельные элементы трёпа со стороны гида, типа рассказов о выдуманной на потеху непритязательной публике «Великой Парме» и вещании древних легенд, сочинённых сию минуту, в этом автобусе. Мы с Таней как профессиональные историки посмеялись… Некоторые соседи смеялись благодаря наличию здравого смысла и школьного образования. Когда я была помоложе-понаивнее, пыталась с подобным трёпом бороться – но давно уже забросила, ибо нервы дороже… Пока обыватель с аппетитом глотает «Парму», «Тартарию», «Арктиду» и прочую ерунду – экскурсоводы будут пичкать ею туристов! Потому что им проще даётся подобный трёп, требующий лишь подвешенного языка, чем серьёзная и долгая подготовка нормального рассказа (знаю как лектор, насколько тяжело подготовить нетрёпное устное выступление). Впрочем, не могу сказать, что в этом конкретном автобусе количество трёпа зашкаливало. В принципе, его уровень был терпим и переносим.
Экскурсоводы во всех музеях и Соликамска, и Чердыни – настоящие профессионалы, высокий уровень их экскурсий сделал бы честь многим музеям крупных городов! Чувствуется старая-добрая музейная школа ещё советских времён! Никакого трёпа, никаких жареных выдумок – только факты, изложенные интересно и живо.
В качестве особого плюса хочу отметить традиционность экскурсий – они ПОЗНАВАТЕЛЬНЫЕ, а не интерактивные!!!
Отступление № 9. Об «интерактиве». Когда я слышу слово «интерактив» применительно к экскурсиям, меня передёргивает, потому что я мучительно осознаю: сейчас меня за мои же деньги начнут развлекать играми, по уровню подходящими младшим школьникам и с нулевым количеством полезной для меня информации (которую я жду от экскурсии).
При этом не могу стазать, что я принципиальная противница любого интерактива. В учебном процессе интерактивные методы обучения продуктивны и необходимы (от начальной до высшей школы). Что касается интерактивных экскурсий, то они полезны для детской аудитории, потому что позволяют привлечь внимание несовершеннолетних туристов, ещё не научившихся подолгу слушать серьёзные тексты и воспринимать сложную информацию + позволяют на пальцах втолковать хоть какие-то простенькие знания. Но подобные методы применительно к взрослой экскурсионной группе кажутся мне примитивными – нас держат за дурачков, не способных воспринимать никакой другой речи, кроме трёпа и сюсюканья (и никакого другого искусства, кроме балагана с Петрушкой)…
К сожалению, проблема «интерактива» – не только музейная.
Насаждение представлений о том, что традиционная познавательная экскурсия «всегда скучна» и «никому не интересна» (это НЕ ТАК) в отличие от общедоступного по причине примитивности «интерактива» – оборотная сторона медали. Лицевая её сторона – это падение уровня школьного образования, начавшееся с 1990-х годов и ударными темпами прогрессирующая с введением ЕГЭ… Люди, прослушавшие (с получением аттестата зрелости), но не усвоившие школьный курс, элементарные вещи, разъясняемые на уроках в 5–9 классах, в ходе «интерактивов» воспринимают как откровение... А те, кто в школе учился, а не протирал о стул нижнюю заднюю часть школьной формы, остаются от таких горе-экскурсий разочарованными... Они теряют своё время, их раздражает стиль общения «как с несмышлёнышами»...
Для того, чтобы не требовать «двух притопов, трёх прихлопов, сю-сю-сю, туристы дорогие, ля-ля-ля, встаньте гости, встаньте в круг… да не в сортире, а в хороводе!», чтобы с интересом воспринимать полноценную экскурсию (и получать во время неё интересные и полезные знания!), достаточно всего лишь нормально освоить школьный курс, научиться слушать и обдумывать слышимое – и совершенно не требуется диплома о каком-то специальном образовании!
К моей радости, «интерактивом» ни одна из предложенных нам экскурсий не была. Мы посетили нормальные экскурсии, посвящённые неисчерпаемому историко-культурному наследию Приуралья.
Как я уже отмечала, Соликамск поглотил ряд близлежащих населённых пунктов. Один из них – город Боровск (до 1949 г. село Усть-Боровое, с 1959 г. в составе Соликамска). Он имеет совершенно иное лицо, чем историческое ядро Соликамска. На тех улицах, по которым мы проехали, направляясь к музею истории соли, преобладает застройка сталинской эпохи – без помпезности, но добротная. Так сказать, ампир районного значения.
Два самых красивых из виденных зданий – дом культуры завода «Урал» с традиционным Ильичом перед ним…
…и пожарная часть. Приятно, что в советскую эпоху продолжали использовать наследие XIX века, когда здание с подобными функциями непременно венчалось каланчой.
Чем дальше от центра бывшего Боровска, тем больше становится деревянных домов.
На живописном берегу Камы…
…находится интереснейший и самобытный музей, памятник деревянной индустриальной архитектуры конца XIX века – Усть-Боровский солеваренный завод, проработавший около ста лет (1883–1972), а после закрытия ставший музеем истории соли. В начале 2000-х годов он выдержал натиск рейдеров-вандалов (которые не останавливались перед поджогами исторических зданий) – и надеюсь, будет успешно работать и развиваться.
Соль на этом месте добывали задолго до прихода русских (поселение солеваров коми-пермяков существовало, по данным археологии, с IX в.).
В конце XIX в. купец А.В. Рязанцев открыл Усть-Боровский сользавод, ставший одним из крупнейших местных предприятий – здесь работало около 180 человек и ежегодно добывалось более миллиона пудов соли.
В этом здании на первом этаже располагалась контора сользавода, а на втором – жилые комнаты летней дачи Рязанцевых (отдыхавших без отрыва от производства… бедолаги, прикованные к суровой капиталистической галере!).
В 2003 году дом сильно пострадал от пожара, но был восстановлен.
Последний раз редактировалось Селебрайна; 04.05.2017 в 22:57.
Водоплавающая эльфийка из рода Нолдоров
В чём и подписуюсь
Завод-музей занимает достаточно большую площадь и включает в себя около десятка деревянных строений: рассолоподъёмные башни, соляные лари, варницы, соляной амбар. Каждое здание обладает собственным названием. До наших дней дошли далеко не все существовавшие ранее постройки. Часть утрачена, часть была вывезена отсюда в Хохловку и ныне экспонируется там.
Экспозиция музея позволяет проследить процесс получения поваренной соли-пермянки. Вот общий вид производственных зданий. Сохранность – превосходная, поскольку брёвна насквозь просолены и не гниют. Если вандалы-поджигатели не активизируются вновь, наши правнуки увидят в Усть-Боровском заводе то же, что видим мы.
Устройство подобных сооружений и особенности их работы не поменялись принципиально с эпохи Средневековья, хотя благодаря техническому прогрессу и внедрялись некоторые улучшения (например, соляной раствор качали тут с помощью паровой машины, а не конной тягой). Таким образом, экспозиция завода-музея позволяет изучить технологию получения соли, не менявшуюся веками.
Рассолоподъёмные башни (самый дорогой элемент производства) служили для выкачивания соляного раствора из недр. Здесь было пробурено 14 скважин глубиной от 170 до 215 метров (на создание одной требуется 3-5 лет), в скважины устанавливались изготовленные из толстого ствола дерева трубы диаметром около 60 сантиметров. Рассол поднимали с помощью насоса.
Завод-музей сохранил две рассолоподъёмные башни. Воскресенская – повыше и поизящней…
…Александровская – более кряжистая. В башне три яруса.
Стенд со схемой её устройства.
Вид изнутри. Это первый ярус. Оборудование – в основном советского периода.
То же самое – вид со второго яруса.
Из башни рассол по трубам (под землёй частично сохранилась разветвлённая сеть деревянных труб) поступал в соляной ларь, где отстаивался несколько дней: песок и грязь оседали на дно. Одна башня питала несколько ларей. Стенки ларя укрепляли брусьями, чтобы рассол их не разорвал.
В музее сохранилось два ларя, это – Александровский.
Отстоявшийся соляной раствор по трубам поступал в варницу. Когда-то их было здесь двенадцать, сейчас осталось три. У каждой из варниц была высокая кирпичная труба (ныне все они демонтированы). В отверстие наверху крыши выходил водяной пар, а не печной дым.
Ивановская соляная варница закрыта.
В Васильевскую соляную варницу водят экскурсии. На мой взгляд, это самое интересное здание в заводском комплексе.
Вот схема её устройства.
Водоплавающая эльфийка из рода Нолдоров
В чём и подписуюсь
Печь топили из сеней – сначала дровами, в советский период перешли на уголь.
Она была очень большой площади и представляла собой сеть кирпичных желобов под сковородой-циреном, по которым курсировал горячий воздух – на этой фотографии они видны справа.
Основное пространство варницы. Главным её элементом был цирен (или чрен) – огромная квадратная сковорода (длина одной стороны, по моим ощущениям – более десяти метров), на которой вываривали рассол. Над циреном – колпак из дерева.
Снимок пространства под колпаком. Цирен – сварной, такие использовались здесь с 1940 года.
До этого цирены изготавливался из листов металла толщиной 12 мм, которые сшивались с помощью заклёпок. Вот кусок старого клёпаного цирена.
Заклёпки временами выпадали. Как можно заметить, пространство между циреном и колпаком невелико, взрослый человек там не поместится (я бы пролезла – но я куда миниатюрнее среднестатистических габаритов). Поэтому состояние циренов проверяли дети. Обнаружив дырку от вылетевшей заклёпки, ребёнок жевал хлебный мякиш и замазывал им дырку – мякиш просаливался и твердел…
Выварка одной партии соли продолжалась около суток: вода постепенно испарялась, и на цирене оставались кристаллы соли. Солевар сгребал её специальными граблями и складывал над циреном на деревянный колпак.
Очень важно было при выварке поддерживать равномерную температуру, поэтому успех процесса во многом зависел от добросовестности солевара.
Люди работали здесь по несколько часов при температуре около 80 градусов, при 100-процентной влажности, под брызгами кипящего рассола, дыша горячим паром… Соль, попадавшая на кожу непривычного человека, разъедала её до язв. Опытному работнику было легче – у него кожа уже успела задубеть…
После выварки соль оставалась влажной и сохла около суток. Затем соленосы переносили её в соляной амбар и засыпали сверху, поднимая по деревянной эстакаде. Высота амбара могла достигать 20-25 метров, в одном амбаре помещалось до 1000 пудов соли. В музее сейчас есть лишь один амбар, да и тот восстановлен после одного из пожаров в начале 2000-х годов.
Весной, по высокой воде, вплотную к амбарам подходили баржи – и соль начинала путешествие к потребителю.
Обратите внимание на труд соленоса.
К его спине крепилась специальная подставка, на неё ставился мешок, опиравшийся на голову. Соль сыпалась на спину, плечи, голову и уши, разъедая кожу… «Пермяк солёны уши» – это весело в поговорке и во время фотосессии у скульптуры ушей в Перми. Но не в жизни…
Фотография сделана Таней.
Мужская норма – 65 кг, женская – 45 кг. Лишь в 1920-х годах в варницах были проложены узкоколейки для вывоза соли (на одной из фотографий выше таковую можно увидеть).
Эта фотография сделана Таней.
Когда я слышу слезливые разглагольствования о России, которую мы потеряли в 1917 году – мне смешно, потому что я слишком хорошо её представляю. При всей любви к изучаемой екатерининской эпохе мне в кошмарном сне не приснится ситуация – жить тогда. Причём слёзы над «потерянной» Россией никогда не льют работяги – это удел интеллигенции всех мастей (от технической до гуманитарной). Историков среди плакальщиков в советский период не было, но сейчас я иногда слышу рыдания даже среди коллег...
Отступление № 10. О России, которую мы потеряли. Дорогие интеллигенты! Покиньте ваши уютные офисы / кафедры / аудитории – приезжайте сюда и примерьте на себя и свои семьи роль работников Усть-Боровского сользавода на рубеже XIX–XX веков. Почему не профессоров (или хотя бы приват-доцентов) Московского университета? Ах, на Казанский университет, на худой конец, тоже согласны? Видите ли, круг высокообразованной и с комфортом живущей дореволюционной интеллигенции был крайне немногочисленным, и не факт, что вы в него попадёте. Большинство подданных Российской империи занимали социальную нишу попроще... Вы ведь вряд ли умеете крестьянствовать? Не огородиком-дачкой развлекаться, а хлеб растить – и тем обеспечивать семью? Не умеете? Тогда попробуйте освоить рабочую специальность.
В солевары или в соленосы пойдёте? Ах, хотите работу почище, в костюме-тройке и галстуке? Извините, но вузов и офисов в Усть-Боровой нет, а ваши жёны-детки кушать хотят… Да и какие вузы, если вы, скорее всего, неграмотны (по данным переписи населения 1897 года около 80 % подданных Российской империи не умели читать и писать). Не забывайте, что продолжительность рабочего дня до 1897 года не была законодательно ограничена, затем она составляла 11,5 часов при шестичасовой рабочей неделе, а после первой русской революции была снижена на час. Откуда тогда восьмичасовой рабочий день? От клятых большевиков!
Хотите, чтобы жёны были домохозяйками? Извините, как и в начале XXI века, сто лет назад зарплаты мужа на содержание семьи часто не хватало. Ведь ваши супруги осилят женскую норму соленоса? Да, кстати, беременность тогда – повседневное состояние для женщины (современных средств контрацепции ещё не изобрели, а уже изобретённые – не по рабочему кошельку), брюхатым бабам никто ни на какой работе никаких скидок не делал (работы в семье по хозяйству это тоже касается). Простите, какой декретный отпуск??? Это реалия, придуманная клятыми большевиками! Почему жёны за одинаковую работу получат значительно меньше вас? Равную оплату за равный труд для мужчин и женщин тоже законодательно введут большевики после клятого Октября!
Ну, и детям вашим (которые живы-здоровы, а не умерли в младенчестве от поноса, дифтерии и т.п.) не следует болтаться по улицам. Варниц много, вакансия эксперта по состоянию цирена на какой-нибудь отыщется. Запрет детского труда? Обязательное бесплатное обучение в школе? Вы о чём??? Опять о советских реалиях? До них ещё надо дожить – и потерять дореволюционную Россию!!!
Простите, дорогие интеллигенты, вам всё ещё хочется в этот потерянный рай?
Музей истории соли произвёл на меня сильнейшее впечатление – перед круизом я не интересовалась им специально, а потому не ожидала увидеть ТАКОЕ. Это один из самых уникальных музеев, который мне довелось когда-либо посетить. Теперь я знаю, почём пуд соли, и что это такое – соль земли! Сотрудники завода-музея, отстоявшие его десять лет назад и развивающие сейчас – молодцы!
Если вновь попаду в Соликамск – приеду сюда на полдня (а не на час): досмотрю неизученное, повторю знакомое.
Поменьше бы нам единственных в мире музеев мыши (произносится с благоговейным придыханием) с интерактивами, и побольше – вот таких музеев!
Хочу также отметить, что Усть-Боровский завод – не только интересное, но и красивое место. Это – в завершение разговора об эстетике промышленной архитектуры.
Завод-музей закрыл тему НЕДР, столь актуальную в этом круизе.
Далее нас ждал исторический центр Соликамска.
Продолжение девятой главы следует
Последний раз редактировалось Селебрайна; 05.05.2017 в 00:55.
Водоплавающая эльфийка из рода Нолдоров
В чём и подписуюсь
Ваши права
Ответить с цитированием
